Хайман Спотниц Часть 5 и заключение. Клинический пример

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Хайман Спотниц

Часть 5 и заключение

Клинический пример

Spotnitz, H. (1980) Constructive emotional interchange in group psychotherapy.

Мэри пришла в группу после нескольких лет индивидуальной терапии, когда ей было под сорок. В первые годы жизни она пережила серьезную эмоциональную депривацию – ее долго кормили грудью, а затем слишком резко отлучили. Два года спустя Мэри пережила несколько травм после рождения сестры, которая стала любимым ребенком в семье. В ответ на эмоциональное пренебрежение матери и карательные установки отца у Мэри возникло сильнейшее чувство неполноценности. На основании этого чувства Мэри неосознанно провоцировала окружающих отвергать ее. Неадаптивный паттерн – Мэри постоянно организовывала ситуации соперничества с сестрой, а затем отступала и признавала свое поражение, — реактивировался в ее социальной жизни и других ситуациях межличностного общения.

В ходе индивидуальной терапии Мэри часто выражала чувство, что она никому не нравится. Когда терапевт попытался передать свое теплое отношение к ней, она лишь отмахнулась. Она сказала, что это было сделано в терапевтических целях.

На первой же групповой сессии один из мужчин в группе был искренне заинтересован Мэри и так и сказал. Мэри внезапно почувствовала себя уважаемой и желанной. Однако остальные участники группы довольно-таки последовательно игнорировали ее, и ей часто казалось, что ее присутствие раздражает их. Однако, когда она погрузилась в молчание и другие пациенты указали ей на то, что она отказывается сотрудничать с ними, Мэри сказала, что не понимает их и поэтому ей трудно с ними разговаривать. Первый год в группе принес одни разочарования – несколько раз она выражала намерение уйти из группы.

Впоследствии у Мэри развился сильный перенос на группу – она реагировала на нее так же, как в первые годы жизни на собственную семью. Она обвиняла группу в том, что та возмутительно пренебрегает ей, и жаловалась, что стала нежеланным участником группы. Поначалу другие участники группы проявили заметное нежелание выражать свою враждебную реакцию на жалобы Мэри, однако когда терапевт проработал их сопротивление выражению враждебных чувств, они были уже не так сдержанны в вербализации своей непосредственной реакции на ее обвинения. Выразив враждебность, участники группы ощутили, что в них остался также запас положительных чувств к Мэри. На сессии, в ходе которой она постоянно повторяла, что «ни к чему не пришла» в группе, несколько участников группы выразили свое теплое отношение и восхищение ей.

Мэри сказала, что их слова не произвели на нее никакого впечатления, поскольку она никогда не чувствовала себя значимым участником группы. Когда она входила в комнату – обычно она появлялась последней, — другие участники не приветствовали ее, и это, по ее словам, служило выражением их безразличия. Они показывали, что чувствуют к ней, в тот момент, когда она входила в комнату. Наконец-то Мэри сформулировала, что ей на самом деле нужно от группы.

Неделю спустя, войдя в комнату, она услышала радостные приветствия. В ответ на эти знаки внимания Мэри заметила, что сама об этом попросила, однако все же рада, что другие участники группы приложили усилия, чтобы сделать ей приятное. Однако паттерн переноса на группу не был разрешен к тому времени, когда группу распустили на лето. Мэри сказала, что не знает, вернется ли она в группу осенью.

Когда группа встретилась снова, Мэри опять пришла последней, и другие участники обсуждали возможность, что она покинула группу. Когда спустя несколько минут она все-таки появилась, остальные участники отреагировали на это очень эмоционально и разразились бурными приветствиями. Достаточно спонтанный всплеск искреннего интереса и заботы произвел на Мэри сильнейшее впечатление. По ее словам, ей было трудно поверить, что такой теплый прием со стороны всей группы был и в самом деле искренним, но теперь она почувствовала, что ее присутствие здесь играет важную роль. Она ощутила свою принадлежность к группе!

В течение нескольких месяцев после только что описанного эмоционального подпитывания участники группы много раз выражали положительные чувства к Мэри. Когда потребность чувствовать уважение и восхищение других членов группы была отчасти удовлетворена, сопротивление переноса, судя по всему, окончательно разрешилось. Мэри смогла лучше владеть собой и чувствовала себя увереннее. Она больше не уподобляет компульсивно ситуацию в группе собственному прошлому, а чувствует себя на сессиях спокойно и уютно. Она проявляет растущий интерес к сотрудничеству с другими участниками группы и к тому, чтобы внести свой вклад в решение проблем, о которых они рассказывают.

 

Заключение

 

Представленная вниманию читателей выдержка из истории одной пациентки призвана показать, какое значение имеет конструктивный эмоциональный обмен для пациента, у которого возникло сопротивление переноса на группу в целом. Я хочу подчеркнуть, что терапевт не сосредотачивался на обеспечении конструктивного обмена – он сознательно старался разрешить это сопротивление, которое в то время мешало не только прогрессу пациентки, о которой идет речь, но и продвижению всей группы как единства. Обеспечив конкретные чувства, в которых пациентка нуждалась, чтобы сотрудничать с коллегами по группе и нормально функционировать во время сессий, коллеги по группе сыграли жизненно важную роль в разрешении ее паттерна сопротивления. Трансформация чувств Мэри к группе способствовала резкой перемене в ее поведении.

Отдельное приветствие, которого удостоилась Мэри, придя в кабинет терапевта на сессию, и другие выражения положительных чувств, которые группа питала к ней в тот период, не обеспечили бы заметных результатов, если бы наблюдались раньше в ходе терапии. Когда Мэри присоединилась к группе, то не ощущала потребности ни в каких особых знаках внимания. Но когда она регрессировала в состояние, в котором у нее возник перенос на группу как на «семью», ее потребности созревания были отчасти удовлетворены коммуникациями других участников группы. Их эмоциональное подпитывание позволило ей вновь пережить изначальную травматическую ситуацию, а затем получить те чувства, которые не были обеспечены ей в детстве.

Я привел несколько упрощенное описание концептуальных инструментов, применяемых в групповой терапии, чтобы прояснить довольно туманный аспект терапевтического процесса в группе и подчеркнуть его существенный вклад в целительные перемены. Конструктивный эмоциональный обмен – это важнейший источник в распоряжении терапевта. Однако, чтобы пользоваться им в полном объеме, терапевт должен создать особую атмосферу, которая стимулировала бы участников группы терапевтически влиять друг на друга посредством эмоций.

(Visited 36 times, 1 visits today)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.